![]() |
E-mail | Карта сайта | Поиск | English |
![](../header0.gif)
На фоне террористических атак Ирак сталкивается с водным кризисом
![](../news.jpg)
Автор: Питер Шварцстейн
Источник: National Geographic
Атаки Исламского государства на плотины и системы водоснабжения представляют опасность водообеспеченности Ирака, которая уже подвергается давлению со стороны строящихся плотин в Турции и Иране.
Если смотреть издалека, плотина Мосул, длиной 2 мили, представляет собой впечатляющее зрелище на фоне плоских, выжженных солнцем равнин на севере страны.
Однако на подходе к плотине ощущается зловещая атмосфера. Изрешеченная пулями дорога на плотине и заброшенные караульные посты говорят о захвате плотины боевиками Исламского государства в начале августа, а воронки от бомб и расплющенные бронемашины свидетельствуют об ее обратном захвате курдскими бойцами 12 днями позже.
Плачевное состояние крупнейшей плотины Ирака, находящейся в 50 километрах к северо-западу от города Мосул на реке Тигр, свидетельствует о том, что вода стала еще одним средством борьбы в арсенале террористической группы. В то же время, продолжающееся уменьшение уровня воды в его водохранилище говорит о том, что ситуация с нехваткой воды в Ираке становится все более критической.
Построенная в начале 80-х для обеспечения населения водой, полива полей, контроля паводков и выработки электричества, плотина олицетворяет собой непрочный фундамент раздираемой войной страны. Сухие водосливы плотины замазаны цементом, чтобы закрыть щели, а проницаемое гипсовое основание плотины требует инжекций жидкого раствора, чтобы предотвратить его разрушение.
У Ирака были водные проблемы задолго до проникновения джихадистской группировки «Исламское государство» на территорию его северо-западных провинций. Однако внезапная потеря основных сельскохозяйственных угодий и стремительный захват дефицитных водных ресурсов усилил кризис.
Эта армия из экстремистски настроенных иракцев и иностранных боевиков, которая сейчас командует на значительной территории Сирии и Ирака, продемонстрировала готовность использовать воду для уничтожения своих врагов. Население Ирака в находящихся под ударом районах, чьи заработки зависят от надежного обеспечения водой, охвачено паникой.
Ценнее, чем золото
Ахмед Джемили, чье хозяйство, где он выращивает дыни и манго в округе Киркук, находится в 11 км от линии фронта, остро ощущает этот страх. Годы засухи и импорт дешевого продовольствия заставили большинство соседних хозяйств закрыться, и теперь небольшой земельный надел стареющего курда лежит изолированно на фоне отдаленных нефтяных скважин и наспех сооруженных лагерей беженцев.
«Для нас вода ценнее, чем золото, а «Даиш» просто припрятали ее» - говорит Джемили, используя арабский акроним Исламского государства Ирака и Сирии, который изначально обозначал группировку.
«Идти к ним за водой, это не вариант», добавляет он с вымученной улыбкой. «Это равнозначно заключению сделки с дьяволом». В прошлом году из-за перебоев с подачей воды у него был неурожай фруктов и сейчас он опасается повторения ситуации, если командиры Исламского государства отведут воду из оросительных каналов от его территории.
По данным ООН, до недавнего времени Исламское государство контролировало две пятых полей Ирака, занятых под пшеницей. Его поражение на плотине Мосул лишило группировку ее наиболее ценного водного актива. Однако она удерживает контроль над плотиной Фаллуджа, которая была захвачена в апреле, что позволило группировке затопить сельхозугодья около Багдада, подконтрольные правительству, и вытеснить до 40 тыс. жителей из этого района.
Исламское государство также контролирует большую часть водохозяйственной инфраструктуры Бакуба на востоке страны, тем самым оказывая давление на шиитское народное ополчение, защищающее город. В провинции Аль-Анбар джихадисты на протяжении нескольких месяцев блокировали плотину Хадита. Они продолжили свои атаки, несмотря на тяжелые бомбардировки в последние недели.
Аналитики, знакомые с тактикой боевиков, говорят, что их стремление установить контроль над плотинами является частью стратегии по захвату важных функций правительства, чтобы укрепить объявленный ими халифат в Сирии и Ираке, по модели халифов, которые руководили этим регионом после смерти Мухаммеда в 632 году н.э.
«Водохозяйственные сооружения, включая силосные зернохранилища, важны для отождествления Исламского государства с реальным государством, а не с простой группировкой, действующей на локальном уровне», говорит Аймен аль-Тамими, крупный специалист по иракским джихадистам из Ближневосточного Форума в Филадельфии.
Подчеркивая свое долгосрочное видение, Исламское государство даже назначает специалистов из своего состава для управления своими водными богатствами. Например, инженер из Судана руководит действиями на плотине Фаллуджа, а на плотине Мосул командует террорист, управляющий близлежащим городом Таль-Афар, который по образованию является гидрологом, и который якобы бьет рабочих, отказывающихся сократить поток электроэнергии в город Мосул.
Ожесточенная ситуация отвлекла иракских политиков от сохранения водообеспеченности
Хаос, вызванный захватом Исламским государством территорий, усугубил водный кризис в стране, однако бездействие Ирака перед лицом других угроз является, возможно, еще более серьезной проблемой.
За более чем десять лет чиновники Багдада мало преуспели в своей деятельности, тогда как Турция и Иран ускорили осуществление программ по строительству плотин на реках Тигр и Евфрат и их притоках. Практически непрерывные годы бесчинства после вторжения под руководством США в 2003 году и политически тупиковая ситуация на фоне антагонизма между лидерами шиитов и суннитов страны ослабили государственные ведомства и свели к минимуму средства воздействия в спорах с соседями по региону.
Для Ирака, где выпадает мало атмосферных осадков за пределами курдских гор и который почти полностью зависит от водных ресурсов двух рек, эта ситуация является потенциально катастрофической. Нефтяной промышленности, которая приносит 95% доходов Ирака, необходимо 1,8 млрд. м3/год воды для нефтедобычи.
"Мы переживаем очень критический период", - говорит Хамза Хасан Шариф, советник Национального совета безопасности Ирака и член Высшего национального комитета водного хозяйства, возглавляемого новым премьер-министром. “Этому послужило много причин, но в большей степени это является следствием игнорирования и агрессивной политики наших соседей”.
Трудно получать достоверные статистические данные по уменьшению стока рек Тигр и Евфрат. Ставки настолько высоки, что все стороны приводят свои собственные данные. Однако иракцы единодушны в том, что сток воды снизился, как минимум, на треть. Между тем некоторые эксперты предполагают, что сток воды понизился более чем на 60%.
Для претензий Багдада есть основания. Согласно данным исследователей НАСА, с 2003 по 2009 гг. Тигр и Евфрат потеряли 144 км3 воды из своих бассейнов в совокупности, что приравнивается к объему воды в Мертвом море. Притом, что на территорию Ирака приходится 40% бассейна реки Евфрат и 54% бассейна реки Тигр, этой, главным образом, аридной стране пришлось перенести всю тяжесть уменьшения стока.
Согласно другому исследованию, проведенному ООН, ожидается, что к 2025 году объем стока Евфрата уменьшится, как минимум, наполовину. Уже сегодня город Насирия на реке Евфрат к югу от Багдада использует воды реки Тигр, чтобы восполнить нехватку воды.
Плотины в Турции и Иране уменьшают сток в реках Тигр и Евфрат
Иран был ближайшим союзником современного Иракского правительства, поэтому продолжение строительства плотин было воспринято многими чиновниками как предательство. Официальные представители Багдада заявили, что Иран заблокировал, либо отвел воду из 22 водотоков от общего числа, равного 42, проходящих через его территорию в Ирак. Жители города Ханакин на границе с Ираном стали использовать высохшее русло практически полностью перегороженного притока Алванд в качестве городской магистрали в летние месяцы.
Однако, что действительно приводит иракцев в негодование, так это Турецкая программа строительства плотин. Согласно данным организации “Интернэйшнл Риверс» (Международные реки), работающей в защиту водных путей, в Турции построено 635 больших плотин, причем крупнейшие из них расположены в бассейнах рек Тигр и Евфрат. Вместимость водохранилища почти достроенной плотины Ихсу на Тигре составит 10 млрд. м3, однако правительство Турции планирует строительство еще нескольких подобных объектов для удовлетворения растущих потребностей в электроэнергии.
Власти Ирака настаивают на том, что Турция нарушила водный договор от 1946 года, обязывающий Турцию, находящуюся выше по течению, информировать Ирак и Сирию, расположенные ниже по течению, обо всех важных действиях, связанных с использованием воды, но многократные протесты были проигнорированы. Отсутствие высокопоставленных должностных лиц со стороны Турции на трансграничной конференции по проблемам воды в Стамбуле, прошедшей месяц назад, позволяет предположить, что более сильная сторона все еще не желает вести какие-либо переговоры.
Аззам Алваш, глава организации «Природа Ирака» и человек, возглавивший работы по восстановлению водно-болотных угодий на юге, поддерживает мнение, что турки заинтересованы в превращении воды в товар. «Они пытаются продавать воду за нефть, считая, что это адекватная сделка» - говорит Аззам, «они заявляют нам: “Мы не даем советы относительно того, как вам поступать с вашей нефтью, так почему же вы указываете, что нам делать с нашей водой?"».
Г-н Алваш уверен, что в настоящее время основной задачей для Ирака является заключение соглашения с соседними странами об использовании водных ресурсов. «Меня беспокоит то, что если мы не достигнем какого-нибудь соглашения, сельское хозяйство перестанет существовать там, где оно зародилось» утверждает он. «Если ситуация не изменится, то это лишь вопрос времени».
Представители министерств иностранных дел и сельского хозяйства Ирана не прокомментировали ситуацию, в то время как министерство иностранных дел Турции, которое должно отвечать на любые запросы по Государственной программе строительства плотин, отказалось отвечать на вопросы.
Обретение Курдистаном независимости может усилить водный кризис
Проблемы с водой в Ираке могут стать еще более запутанными, если национальное меньшинство страны– курды – решит создать собственное независимое государство. Новая страна, вероятно, будет стремиться взять под контроль большую частью иракской территории бассейна реки Тигр, в то же время, наследуя единственные надежные территории богарных земель в горах Загора в северо-восточной части страны.
Тем не менее, власти Курдистана также, по-видимому, не сфокусированы на проблемах, связанных с речным стоком, как и их иракские коллеги. Начиная с 1991 года, только один из 18 министров сельского хозяйства Курдистана имел образование и опыт работы в сфере водного хозяйства; нынешний министр сельского хозяйства – представитель духовенства.
«Единственная вода, о которой заботятся наши министры, эта та, которую они добавляют в свой виски», - говорит Талиб Мурад Элам, советник премьер-министра полуавтономного регионального правительства курдов.
В то же время курдское правительство предложило собственную программу строительства плотин, а их продолжительный контроль над плотиной Мосула дает основание предполагать, что его лидеры начинают понимать полезность воды, как залога в будущих переговорах с Багдадом.
Земледельцы борются с проблемой загрязнения воды в обмелевших реках
Между тем обычные иранцы и курды страдают от последствий безрадостных экологических перспектив на родине.
На протяжении более двадцати лет Кава Али Мухаммед Амин занимался земледелием близ реки Тансеро за городом Ас-сулайманиях, однако ухудшение качества воды из-за уменьшения стока воды означает, что он не сможет больше выращивать рис или окру. Теперь фермер выращивает райграс для корма домашнего скота.
"Больше нет возможности реализовать свою продукцию на рынках. Вода слишком загрязнена", - говорит он. "Я продолжаю заниматься земледелием, однако на каждого фермера, подобного мне, приходится сто фермеров, прекративших свое дело".
Фермеры ответственны в некоторой степени за плохое качество воды и уменьшение объемов пригодной для использования воды. Они придерживаются древней шумерской системы орошения затоплением, которое поднимает соль на поверхность почвы и вымывает ее в водотоки. В то же время фермеры пробурили более 14 500 скважин в Курдистане, что понизило уровень грунтовых вод и удвоило глубину, на которую теперь приходится бурить новые скважины. Это оказывает дополнительную нагрузку на реки как источник воды.
Набиля Мусу, местного эколога из организации “Вотеркипер альянс” (Альянс хранителей воды), угнетает сброс сточных вод и нехватка воды в реках и ручьях.
Вглядываясь в загрязненный и ужасно мелкий приток Тигра, он говорит: “Нам не следует называть это рекой, ведь здесь нельзя плавать, ловить рыбу и пить воду из нее”.